Урок 5
Почему в безвыходной ситуации немцы продолжали сражаться?
В конце января — начале февраля 1945 г. передовые части советских войск форсировали реку Одер и вышли на рубеж 60−70 км от Берлина. За неполные три недели наступления они с боями продвинулись более чем на 480 км. Однако на подступах к столице Германии войска столкнулись с новой, заранее подготовленной линией обороны.
Наличие укрепленной оборонительной линии вокруг Берлина само по себе не было неожиданным. Гораздо важнее было другое обстоятельство: несмотря на катастрофическое положение, немецкие части продолжали оказывать организованное сопротивление и не теряли управления, хотя к началу апреля 1945 г. всем было ясно, что поражение Германии является вопросом дней, максимум недель. Поддержание даже в таких условиях боеспособности немецкой армии строилось на комплексе пропагандистских и дисциплинарных мер.
Несмотря на общий военный и экономический коллапс Третьего рейха в начале 1945 г., все сокращения штатов и дефицит ресурсов, мощная и разветвленная структура органов пропаганды продолжала исправно работать с военнослужащими и гражданским населением как собственного тыла, так и районов, занятых советскими войсками.
Пропаганду можно условно разделить на два направления: демонизация противника и внушение надежд.
Демонизация Красной армии и советских людей
Как известно, основой нацистской идеологии являлась расовая теория, согласно которой народы, населявшие СССР, относились к низшим расам, имеющим примитивную культуру, грубые и жестокие нравы и являющимся, подобно гуннам или монголам, историческими врагами просвещенной Европы во главе с германской нацией.
Корни подобных измышлений следует искать еще в идеях немецкого романтизма, а также в пангерманских теориях о превосходстве германской культуры над другими. За четыреста лет до описываемых событий во времена Ливонской войны в Нюрнберге выходили так называемые летучие листки с текстом следующего содержания: «Правдивое повествование о страшной тирании московитов, о том, какие бесчеловечные жестокости они совершают над христианами в Ливонии: над мужчинами и женщинами, юношами и девушками, малыми детьми, и о том, какой вред и разорение они ежедневно причиняют этой земле. Здесь также показано, в какой великой опасности и нужде находятся ливонцы, в предупреждение всем христианам, дабы они остерегались московского, греховного и варварского образа жизни…».
И вот спустя столетия тот же риторический прием, использованный геббельсовской пропагандой и подпитанный слухами, был воспринят рядовыми немцами как новая реальность.
Язык ненависти, апеллирующий к архаичным и расистским образам «азиатских орд с востока», как и в эпоху Ливонской войны, вновь строился на противопоставлении «цивилизованной» Европы демонизированному Востоку, лишенному человеческих черт и представленному как экзистенциальная угроза, и снова занял свое место в повседневной речи обывателя.
Язык ненависти, апеллирующий к архаичным и расистским образам «азиатских орд с востока», как и в эпоху Ливонской войны, вновь строился на противопоставлении «цивилизованной» Европы демонизированному Востоку, лишенному человеческих черт и представленному как экзистенциальная угроза, и снова занял свое место в повседневной речи обывателя.
Помимо этого, нацисты стремились всячески дискредитировать своего заклятого врага — коммунистическое движение, продвигая нарратив о том, что большевики в России уничтожили любые зачатки культуры и низвели людей до первобытного животного состояния.
Наиболее одиозными примерами нацистской дискриминационной пропаганды в отношении СССР можно считать выставку «Советский рай», проходившую с 8 мая по 21 июня 1942 г. в Берлине, вокруг которой была развернута масштабная агитационная кампания, включавшая освещение в прессе, продажу брошюр-каталогов, открыток и конвертов первого дня, а также иллюстрированную брошюру «Недочеловек», изображавшую в самом неприглядном виде советских людей и их быт.
В ходе войны немецкое командование использовало в воспитательной работе с личным составом любые факты реального или мнимого насилия над немецкими военнопленными со стороны Красной армии, а после вступления советских войск на территорию Германии была развернута масштабная кампания по демонизации красноармейцев.
В качестве примера можно привести санкционированное циркуляром рейхсминистра пропаганды и народного просвещения П. Й. Геббельсом от 26 октября 1944 г. пропагандистское освещение во всех ведущих немецких газетах инцидента в деревне Неммерсдорф, произошедшего 21 октября 1944 г., где в ходе боев было убито несколько десятков мирных жителей, а также указания для всех немецких командиров по сбору любых сведений о злоупотреблениях военнослужащих Красной армии по отношению к мирному населению и военнопленным.
Одним из наиболее ярких примеров такой пропаганды в 1945 г. является цитата из указаний по ведению национал-социалистической пропаганды в частях 11-го армейского корпуса из главы «Большевистское пугало»: «Это не те люди, которых можно мерить масштабами цивилизаций. Это дикие орды с низменными инстинктами и жаждой крови, которую мы, немцы, не можем себе ни представить, ни объяснить. Они не знают никакой пощады, получив от евреев и еврейских комиссаров свободу убийств на немецкой земле. Их охватывает чувство дикой радости при виде убийств и мучений, поэтому беззащитные старики, женщины и дети будут зарезаны или угнаны в рабство, их добро бессмысленно разграблено и разрушено».
В реальности подобная риторика и слухи вместо усиления воли к сопротивлению вызывали панику у мирного населения, которое бежало из восточных областей Германии, нарушая прифронтовую логистику и нанося дополнительный удар по санитарному и продовольственному положению тех городов, куда стекались беженцы.
Пропагандисты вермахта, СС, управления пропаганды НСДАП, гражданские газеты и радиостанции, подчинявшиеся Министерству народного просвещения и пропаганды, стремились стимулировать и организацию подпольной и партизанской борьбы. Одна из газет, распространявшихся в занятых Красной армией районах, содержала призыв: «Подстерегайте, убивайте, уничтожайте каждого большевика! Будьте умны, как змеи, и изворотливы, как индейцы».
Николай Смирнов
Военный историк, автор проекта agitka.su
«Призывы подкреплялись практическими мерами. При отходе немецкие части оставляли тайники с оружием, взрывчатыми веществами, денежными средствами и прочими необходимыми запасами, а также законспирированную агентуру. Все это предназначалось для организации подпольной деятельности и диверсий в советском тылу».
Внушение ложных надежд
Один лишь страх не способен заставить людей сражаться. Поэтому немецкие пропагандисты стремились убедить народ и армию в том, что война еще не проиграна, что есть еще факторы, дающие шанс на относительно благополучный для нацистов конец войны. Одним из главных был тезис о необходимости «продержаться дольше, чем противник», поскольку Красная армия истощена и не способна довести наступление до победы.
Немецкий офицер Отто Вилленвебер на допросе в советском плену говорил следующее: «Я внушал своим солдатам, что у русских большинство солдат моложе, чем наши, т. е. 14−15-летние и старики 60 лет, что русские оказались обескровлены по результатам последнего наступления от Вислы до Одера, что у русских нет техники».
Немецкий офицер Отто Вилленвебер на допросе в советском плену говорил следующее: «Я внушал своим солдатам, что у русских большинство солдат моложе, чем наши, т. е. 14−15-летние и старики 60 лет, что русские оказались обескровлены по результатам последнего наступления от Вислы до Одера, что у русских нет техники».
Постоянно распространялись сообщения о «секретном оружии возмездия» и о формировании новых дивизий и армий, которые вскоре должны попасть на фронт и остановить советское наступление. Примером могут служить показания попавшего в советский плен функционера нацистской партии Карла Киттлера: «Мы надеемся на новые виды секретного оружия и на героизм нашего народа. Мы верим, что мы еще будем наступать. Мы фанатически верим, что наш народ не может быть побежден. Скоро должны подойти на фронт новые дивизии из глубины страны, которые остановят противника и разобьют его».
Также очень важным и популярным был пропагандистский нарратив о разногласиях внутри антигитлеровской коалиции, которые могут и должны закончиться военным столкновением англо-американских союзников и СССР еще до окончательного разгрома Германии. В контексте этой мысли Германия желала бы спастись путем заключения сепаратного мира с западными союзниками и продолжения войны против СССР.
До населения и армии доводились самые разные тезисы и слухи, например о том, что в английских лагерях военнопленных специально отбирают немецких солдат и офицеров с опытом боев на Восточном фронте, чтобы использовать как инструкторов при подготовке войны против СССР.
Дисциплинарные меры
Конечно, никакая пропаганда, никакие воззвания сами по себе не способны заставить армию и население продолжать сопротивление в безнадежных условиях. Поэтому немецкие государственные и военные власти в 1945 г. ввели ряд жестких мер повышения дисциплины.
В феврале-марте во вновь формируемых соединениях немецкой армии появились заградительные команды, задачей которых было пресекать попытки отступления. Заградительные отряды не были чем-то новым в немецкой армии. Впервые они появились в ходе отступления немцев от Москвы в 1941 г., но теперь стали повсеместным явлением.
Даже в последние недели весомый вклад в боевой дух войск внесло обращение Гитлера, зачитанное войскам 15 апреля 1945 г. Оно гласило: «<…> большевиков в этот раз постигнет судьба азиатов, то есть им будет нанесено кровавое поражение у стен Берлина. <…> Берлин останется немецким, Вена снова будет немецкой, а Европа никогда не будет русской».
Офицеры, зачитывая обращение, доводили до солдат мысль о том, что необходимо умереть на месте, но не допустить врага в Берлин, поскольку падение Берлина будет означать гибель немецкого народа. Особенно это обращение действовало на молодых солдат, поскольку, как отметил военнопленный немецкий офицер, «они воспитаны односторонне, т. е. ненавистью к русским. Они знают только то, что исходит от Гитлера и Геббельса, а потому каждый, не щадя своей жизни, идет в бой за фюрера».
Обращение Гитлера имело силу приказа и давало право солдатам расстреливать офицеров в случае, если они бегут в тыл сами или приказывают отступать без указания свыше.
Обращение Гитлера имело силу приказа и давало право солдатам расстреливать офицеров в случае, если они бегут в тыл сами или приказывают отступать без указания свыше.
Так, перебежчик гауптман Иоганн Кроупа упомянул, что 23 апреля видел группу повешенных офицеров и одного фельдфебеля на Унтер-ден-Линден, у которых на груди висели таблички с надписью: «Этот офицер повешен своими солдатами, согласно приказу фюрера, т. к. по его вине противотанковые пушки были не в порядке. Он является саботажником защиты Берлина». Также ему встретился расстрелянный офицер с надписью на груди: «Так будет с каждым, кто без приказа покинет свои позиции».
Меры принуждения распространялись не только на фронт, но и на тыл. Например, на каждое авиастроительное предприятие были назначены уполномоченные представители от нацистской партии, задачей которых было повышение темпов производства самолетов и моторов. Их постоянное давление на инженерный состав вместе с собственной технической неграмотностью порождало недовольства в рабочей и инженерной среде.
С января 1945 г. в Берлине и ряде других городов действовали так называемые народные суды. Они выносили смертные приговоры лицам, публично выражавшим недовольство нацистским режимом. Аналогичные меры применялись и к военнослужащим, оставившим позиции без приказа.
Именно этими обстоятельствами можно объяснить боевую стойкость немецких войск. С одной стороны, значительную роль играл страх перед Красной армией, целенаправленно формировавшийся и поддерживавшийся средствами нацистской пропаганды как в армии, так и среди населения. С другой стороны, вводилась система заградительных отрядов и карательных мер, не допускающих самовольного отступления.
Кроме того, большую часть личного состава немецких дивизий составляли молодые солдаты и подростки, воспитанные полностью в духе нацистской идеологии, но имелся и весомый процент ветеранов Восточного фронта. Последние осознавали, что в случае поражения им придется отвечать за преступления, совершенные на территории Советского Союза.
Берлин 1945. Последний бой
-
Что вы получите
- 17 уроков
- Дополнительные материалы: карты, документы, справки и подборки источников по теме
- Авторская подача: живая, точная и понятная речь
- Свободное расписание: без дедлайнов и сроков сдачи заданий
- Все материалы доступны сразу, можно начать в удобное время после запуска курса
- Профессиональное видео и современная графика: схемы, инфографика, интерактивная карта
- Поддержка и общение: быстрая связь с техподдержкой и чат с однокурсниками
- Сертификат о прохождении курса
- Зачем
- Разобраться в распространенных мифах и устойчивых версиях о Берлине 1945 г., опираясь на документы и свидетельства
- Понять, как в реальности работала логистика, снабжение и управление войсками и как это влияло на ход операции
- Научиться внимательнее читать исторические источники: карты, приказы, донесения, воспоминания участников
- Увидеть городскую войну в деталях: тактику уличных боев и особенности обороны Берлина
- Подготовить урок и собрать материал для «Разговоров о важном»
Запишитесь на курс, чтобы выполнять задания и получить сертификат. Это бесплатно
Информационная сводка 7-го отдела ПУ 1-го Украинского фронта «Борьба немецкого командования с падением дисциплины и разложением германской армии» от 12.04.1945. ЦАМО РФ, Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 638. Л. 299
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 622. Л. 306−307. Информационная сводка № 34 7-го отдела ПУ 1-го Белорусского фронта. 15.03.1945.
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 622. Л. 357−358. Информационная сводка № 35 7-го отдела ПУ 1-го Белорусского Фронта от 20.03.1945.
ЦАМО РФ, Ф. 32. Оп. 11 289. Д. 680. Л. 37−48. Донесение члена ВС 1-го Украинского фронта генерал-лейтенанта К. В. Крайнюкова начальнику ГлавПУ РККА А. С. Щербакову о политической обстановке на занятой территории Германии в полосе войск фронта от 04.04.1945
ЦАМО РФ, Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 595. Л. 13. Протокол политического опроса капитана Вилленвебер Отто — командира 5-й роты 2-го учебного батальона, приданного 309-й пехотной дивизии «Берлин», в 7-м отделе ПУ 1-го Белорусского фронта от 19.04.1945
ЦАМО РФ, Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 638, Л. 142−145. Приложение № 2 к информационной сводке 7-го отдела ПУ 1-го УкрФ № 373 от 20.02.1945. Выдержка из показаний окружного руководителя фашистской партии
Обращение А. Гитлера к солдатам вермахта на Восточном фронте с призывом сражаться до конца от 15.04.1945. Опубликовано: Русский архив: Великая Отечественная. Т. 15 (4−5). Битва за Берлин (Красная армия в поверженной Германии): Документы и материалы. — М.: Терра, 1995. — С. 259−260)
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11 289. Д. 680. Л. 37−48. Донесение члена ВС 1-го Украинского фронта генерал-лейтенанта К. В. Крайнюкова начальнику ГлавПУ РККА А. С. Щербакову о политической обстановке на занятой территории Германии в полосе войск фронта от 04.04.1945.
Протокол политического опроса капитана Вилленвебер Отто — командира 5-й роты 2-го учебного батальона, приданного 309-й пехотной девизии «Берлин», в 7-м отделе ПУ 1-го Белорусского фронта от 19.04.1945. ЦАМО РФ, Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 595. Л. 14
Протокол допроса перебежчика капитана Кроупа Иоганна, командира противотанковой истребительной команды, в 7-м отделении политотдела 5-й ударной армии от 28.04.1945. ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 595. Л. 26
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 622. Л. 200−202. Информационная сводка № 14 7-го отдела ПУ 1-го Белорусского фронта от 04.02.1945.
ЦАМО РФ. Ф. 32. Оп. 11 306. Д. 595. Л. 367−369. Докладная записка начальника ПУ 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенанта С. Ф. Галаджева заместителю начальника ГлавПУ РККА генерал-лейтенанту И. В. Шикину по вопросу о влиянии обращения 50 генералов на офицеров, солдат и население противника. Не позднее 26.02.1945).
Находясь на сайте, вы даете согласие на обработку файлов cookie. Это нужно для более стабильной работы сайта
© 2009-2026 Лекториум